gleb_klinov

Category:

Эй там, на «Маяке»!

Это не столько рецензия или отзыв, сколько заметка для тех, кто фильм уже смотрел и кому интересно сравнить впечатление об увиденном. Ну или как-нибудь в разговоре щегольнуть версиями — тоже хлеб.

Итак, «Маяк». Сначала смотреть фильм было очень тесно — формат кадра почти квадратный. Уже привыкший к 16:9 мозг постоянно хочет заглянуть картинке за отворот.

Потом мне стало казаться, что я в театре — лампа как софит выхватывает персонажей из темноты, а саму темноту хочется пощупать, она прямо жирная и зернистая, как чернозём.

А дальше там нагнали такой многослойной жути, что я сначала ничего не понял, а потом три дня ходил и фрагменты действия сами собой соединялись у меня в голове.

Но всё это безумие явно не происходит в рандомном порядке. Кажется, что вариантов объяснения происходящего несколько или они работают одновременно, накладываясь друг на друга.

Дальше я бы рекомендовал читать, если вы уже смотрели сам фильм — будут спойлеры. С другой стороны, градус театральности так высок, что и зная сюжет смотрится нормально. Тут как с тарантиновским «Однажды в Голливуде» — когда знаешь историю и узнаёшь персонажей, смотреть сильно интереснее.

Сюжет в одном предложении: на одиноком острове с маяком служит старый смотритель Томас, а к нему в подмастерья приплывает новый смотритель, молодой Эфраим. И они там зажигают. Маяк и кое-что ещё.

А теперь — трактовки.

В фильме явно видна тема Прометея. Молодой Эфраим, которого в результате тоже зовут Томас, стремится к маяку как к огню. Старик где-то в середине спрашивает, не надоело ли ему в сотый раз повторять одно и то же. А в конце чайки вместо орла клюют Томасу внутренности.

Ещё есть религиозная тема, связанная с искуплением. Эфраим вроде как согрешил, сбежал на маяк, и тут пытается искупить. Дневник старого Томаса при этом превращается из бортового журнала в летопись поступков Эфраима. А рассказ Эфраима, что он на самом деле Томас — это исповедь, во время которой он вроде сознается в грехе. Но не до конца, начинает увиливать и оправдываться.

Маяк в этой версии — божественный свет. В конце молодой Эфраим-Томас добирается до него, но свет его отвергает — и он падает вниз.

Что интересно, в фильме нигде нет ни креста, ни библии, хотя нам все время показывают быт и это конец 19 века и уж там точно должно быть. А единственный разговор про бога персонажи бросают, едва начав.

Ещё кажется, что весь остров с маяком — это чистилище. Там жутко, страшно, темно, холодно и в целом отвратительно. И через искупление можно достичь рая — маяка.

Ещё вариант, что реален во всём фильме только последний кадр с предсмертной агонией молодого Томаса, а всё происходящее до этого — галлюцинации умирающего мозга. Об этом по ходу действия говорит ему напрямую старик.

Насчет последней версии я подумал вот что. Возможно, тут одновременно два пласта — имеются в виду мозг и душа умирающего. С одной стороны, мозг перед смертью продуцирует галлюцинации: старик, русалка, одноглазая чайка и прочие действия. С другой — душа оказывается в чистилище и пытается пройти искупление, но у нее не выходит.

И ещё версия, которая после дублирования Томасов довольно очевидна: старик и молодой Томас — один и тот же человек, которые существуют как бы одновременно в одной точке.

Можно заметить, как аккуратный и спокойный молодой Томас по ходу действия начинает пьянствовать, ругаться и постепенно скатываться в безумие — становиться похожим на старика. См. по запросу «пробежка с топором».

Что касается актёров — что Дефо, что Паттинсон невероятно, ммм, живые здесь. Особенно Паттинсон. А от Дефо вроде как ожидаешь достоверного безумия — причем во всех фильмах, такое уж у него лицо.

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.