gleb_klinov

Categories:

Дачное искупление

Знаете ли вы, каково это — убить человека. Я знаю, потому что однажды уже убил. 

Ну то есть как убил, не совсем, конечно. Но почти целый час — а это очень долго! — этот человек для меня был мёртв. И пал он от моей руки, в прямом смысле. От левой, потому что я левша.

Я гостил у бабушки на даче, в дачном поселке. Мне было, кажется, лет десять, а жертву звали Даня. Он был мой приятель и сосед. 

Мы с Даней носились по улицам, ходили на речку, катались на тарзанке и без всякого сожаления тратили те невероятно длинные, не в пример нынешним, дни. 

А на соседней улице меняли трубы. Трубы проходили прямо вдоль проезжей части под землёй, поэтому одна половина улицы представляла собой длинный котлован, а вторая — горную гряду. 

На дне котлована лежали две толстые трубы, а по бокам и между ними стояла вода. Коммунальные службы точно знают, как должно выглядеть место для игр. Мы прыгали по трубам, взбирались на кучу земли, снова спускались с неё и так часа три. И вообще не скучно, идеально!

А потом мне остро понадобилось кинуть камень и я сразу его взял и кинул. Потому что когда тебе десять лет и до школы еще два летних месяца, ты обычно так и поступаешь. Берёшь и делаешь.

План был перебросить камень через насыпь, чтобы он упал в котлован за ней и сделал плюх. Камень я взял побольше, чтобы плюх был посильней. 

Размахнулся и метнул так сильно и высоко, как мог — даже пальцы на руке немного закололо! В этот момент на вершине насыпи появился Даня и встал в полный рост. 

Как говорится, друг оказался вдруг.

Камень как раз заканчивал крутую дугу и врезался точно Дане в макушку. Самым острым своим углом.

Даня пружинно выпрямился ещё сильнее, схватился обеими руками за голову, заорал ААААААА! и в таком виде улетел назад в котлован. 

И там, в котловане, крик оборвался.

Вместе с криком оборвалась та часть моей жизнь, в которой я не убиваю друзей.

Если вы думаете, что я изо всех сил рванул на помощь или за помощью, то пришло время узнать меня немного лучше. Мозг быстро сложил размер камня, силу удара, крик, падение и сказал, что помощь не понадобится, всё и так предельно ясно: «Андрюха, у нас труп, возможно криминал». По коням. 

Так что я действительно рванул, но в обратную сторону — домой. С воем пробежав по комнатам, я бросился на диван, зарылся в него лицом, закрыл голову подушками и заревел.

Мама с бабушкой, заслышав эти звуки падающего прямо на дом Мессершмитта, пришли проверить, уцелел ли экипаж. 

— Да что случилось-то?! — спрашивали они. 

— ЫЫЫЫЫЫЫ! — безутешно выл я в ответ.

Быть убийцей оказалось невыносимо тяжело. И хуже всего то, что освободиться от этого чувства было уже нельзя — роковая ошибка совершена, нет никакого смысла в раскаянии.

— А где вы играли? — опытная бабушка как-то смогла расшифровать завывания.

— ЫЫЫЫЫЫ! — не вынимая головы из под подушки, я рукой объяснил следствию, где искать тело.

— Ну что ты, что ты, тихонько... — меня ласково погладили поверх подушки и ушли. Видимо, на опознание.

Через день Даня вышел из дома. 

Он сидел там же на насыпи с забинтованной головой и даже заговорил со мной первым. Выглядел он при этом, как чистое прощение.

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.