Tags: прошлое

Дождь

Когда в первый раз сел за руль — пошёл дождь. Дед сказал, что хороший знак. Показал, куда жать и как, подложил подушку — одну, другую. Выехали на разбитой грунтовки дугу и... «Отпускать сцепление надо плавно, знай».
То была какая-то взрослая новизна.

Я тянусь к педали носком, и лесную дорогу вижу едва, а дорога — сказка. Промелькнет косуля в кустах, над прогалиной кружит ястреб или, может, сокол, не умею их различать. Вот доедем — и нас позовут обедать, поставят чай.
Обязательно кто-то поставит чай.

Под рукой поворотник, и дворники под рукой. Поворотник нужен, чтоб видел тебя другой. Дворники — чтобы самому разглядеть дорогу. Лобовое от капель  плавится понемногу. Дождь пылит по песку и над лесом висит парчой.
Ты включи на один щелчок.

Дворник смахивает вправо и держит послушно паузу, как фагот. За окошком лето. Ткань сидений нагрета и ветра ладонь нагрета — мне ерошит волосы. Я вдыхаю его, но тут кончается пауза.
Дворник смахивает влево.

Дождь идёт — и нам без него никак. Память тоненько жжёт, как на сгибе ладони порез бумажный. Дождь любой прекращает идти однажды. Но пока идёт.
И это хороший знак.

А ну-ка, убери свой чемоданчик!

Было это давно, поэтому история вся из разряда ностальгии по глупому, но прекрасному пубертату. Кто помнит себя подростком — добро пожаловать.

История началась, когда мы решили поехать в бойскаутский лагерь. Хотя я бы не сказал, что то было осознанное решение. Такое бывает — ты просто говоришь «да, давай», а вспомнив через много лет, думаешь «ну и зачем?»

Но друг предложил, впереди были осенние школьные каникулы, а мне вообще не очень часто предлагают приключения. Тем более в средних классах. Мы даже, кажется, приходили во Дворец Пионеров, чтобы лично засвидетельствовать согласие ехать куда-то загород и жить там две недели в пацанской компании в конце октября.

Я, конечно, помню не всё, но несколько эпизодов запомнились довольно остро.

Collapse )

Очки

Не знаю, что это обо мне говорит, но у меня сохранились все очки с момента, как я начал их носить. То есть за 16 лет. 

И момент тот я помню. Готовился к универу — полгода сидел с репетитором над алгеброй, пырился в задачки на QBasic. Поступил и уехал на месяц в деревню, где не было ни компа, ни особо телевизора. Только здоровые прогулки и расслабленное глядение вдаль. 

А когда вернулся в город и захотел разглядеть номер дома на другой стороне улицы — не получилось. И так мне стало тянуще-противно тогда, такая беспомощность накатила. Казалось, организм в первый раз меня подвёл, практически предал.

Но ничего вон, свыкся. 

Носите? Что думаете о тех, кто носит? Как вам самим быть в очках? Помните свои первые?

Пыкаете?

Как поёт истинно питерская группа из Уфы «ДДТ»:

«Что такое осень? Это пыки.
Пыкающих ягод под ногааами!..

С детства осень в Петербурге для меня — это пыкающие ягодки. Если хотя бы разок не пыкнешь, то прям как будто всё зря.

Collapse )

Маленькие, но гордые Птички

Как говорит психология, все наши взрослые проблемы — из детства. Но если в большинстве случаев нужно копать и разбираться, то в моём случае всё понятно. К 5 классу мы с другом Яном уже были редакторы, дизайнеры и издатели. И пускали в ход весь доступный нам арсенал приёмов. 

Collapse )

Увы-патриотизм

Я относительно давно года два работал у патриотического политика-публициста. Со всей этой поддержкой Путина, «англосаксы плетут козни», «либерасты разваливают Россию», «Сталин нам отец родной». Сайт админил, каждый день читал это всё и редактировал. Чуть не ёбнулся. 

Точнее, на какое-то время ёбнулся — сам начал писать такую же муть. Но потом ничего вроде, отошёл. Хотя интернет всё помнит, я перечитывал недавно кое-что из написанного в тот период и это ужасно, хотелось самому себе дать в лоб.

И теперь, когда с кем-то заходит разговор о профессиональном пути и приходится к слову, то я говорю об этом, хотя и не очень хочется. Ну потому что это такая стыдная вещь — я боюсь, что человек узнает об этом не от меня. Что он тогда подумает?

Августовское из глуши

Ездил во Псковскую деревню, чтобы пару дней не видеть там компьютера, не пыриться в телефон, только ходить и нюхать вкусный воздух.

Это прекрасное синее строение — автобусная остановка. Она цельнобетонная и выглядит как бункер, который забыли закопать в землю. А самое главное — кажется, это последний акт строительства на этой земле. Остановка чужеродно возвышается посреди деревни, в которой больше никто не живёт. На 8 километров вокруг ни одной живой души.

Кто поставил цветочки в чайник, да и сам чайник — тоже неизвестно
Кто поставил цветочки в чайник, да и сам чайник — тоже неизвестно
Collapse )

Включите, пожалуйста, музыку

Оказалось, чтобы получить мощнейший духовный опыт, не обязательно медитировать, погружаться в тета-регрессии, использовать холотропное дыхание и прочий ребёрфинг.

Можно познать всю глубину своих глубин без психотерапевта и легких наркотиков.

Покажу на личном примере, хотя я плохой пример — вы сейчас увидите.

Я разобрал себя до основания и собрал обратно почти без лишних запчастей, используя только диван, яндекс-музыку и полтора часа свободного времени.

И это. Было. Просто. Потрясающе.

Правда, у способа есть один недостаток — он работает при условии, что вы никогда до этого не составляли плейлисты.

Collapse )

Псковское забытое

Новых фоток нет, поэтому гляжу старые. Есть у меня несколько снимков из псковской глухомани. Вот, например, старый портрет на стене полуразвалившейся избы.

Милый мальчик с фотографии мне немного знаком, правда, уже во взрослом возрасте. Будучи в гостях у деда, я наблюдал иногда за их домом напротив.

В упитом виде тридцатипятилетний Николай был не так мил, как на фото. Особенно когда с мутным взглядом и утробным рыком начинал учить семью жизни. Тогда с их крыльца, коротко полыхнув длинной цветастой юбкой, летела старуха-мать вперемешку с клюкой и матюгами, а за ней по одному следовали малолетние дети.

Жена Ирка, правда, была не столь покладиста — как-то раз Николай с её подачи даже выбил собой оконную раму, выпал через неё в огород, немного повозился в попытках встать, но так и заснул там, поверженный, среди обломков теплицы.